Крутой маршрут

У воспитанников Центра социальной реабилитации молодежи “Грань” стало уже традицией - каждое лето уходить на сплав. Причем, маршруты становятся все сложнее. Нынешняя экспедиция была в Якутию. План - переход по горной тайге через перевал, выход через озера на реку Олдонгсо, сплав до Олекмы, конечный пункт - поселок Усть-Хани. Реальность оказалась настолько круче плана, что несколько раз граневцы были “на грани”. И все же ребята выдержали экзамен на прочность, еще раз доказав, что такое школа выживания. Сегодня мы публикуем рассказ об экспедиции инструктора “Грани” Юлии Корниенко.

ПЕРЕВАЛ МЫ БРАЛИ «НА ЗУБАХ»

Мы понимали, что пешеходный переход («пешка», как мы называем) будет трудным, поэтому, чтобы облегчить рюкзаки, взяли продуктов только на 10 дней. Груз все равно получился тяжелым - по 30 кг на человека, у нас же еще палатки, катамараны. И вот поход начался.

Горная тайга - ни троп, ни дорог. Бурелом, заросли. Моросит дождь. Набираем высоту. Путь преграждает бурная речка, которую надо перейти вброд. Мне, взрослому человеку, стало панически страшно: как я буду переходить, ведь течение сшибет! Еще страшнее - за ребят. Шли с шестами, держась друг за друга, вымокли… И вот первый брод позади.

На второй день подъема у одной нашей девочки, Оли, случился сердечный приступ. Наверное, не нужно было брать ее в этот поход, но она, участница всех прежних, возмутилась: «Как, без меня?!». Пришлось делать внеплановую остановку, ставить лагерь. Наш доктор оказал ей помощь, Олин рюкзак разгрузили.

Третий день. Бурелом, броды через реки, подъем по скалам, где и без рюкзака-то лезть страшновато. Когда набрали высоту 500 метров, у мальчика Коли начался почечный приступ. Причем, до этого никто не замечал, что он страдает - Коля всем помогал, держался спокойно. А, оказывается, все это время шел, стиснув зубы, и когда совсем невмоготу стало, ушел отлежаться в кусты. Снова помощь врача, а у меня мысли: экспедиция сломана, надо возвращаться? Но Коля смог идти дальше.

И, как подарок всем, - первая вершина взята. Снизу она казалась такой огромной, а оказалась - маленькой в окружении могучих нависших скал. А вдалеке - перевал высотой в 1500 метров, который нам надо преодолеть. И я поняла, что все трудности еще впереди.

Перевал мы взяли на восьмой день. Там был тур с запиской - хабаровские туристы брали его 14 лет назад. Мы - вторые.

Позади спуск, впереди любимый нами сплав - это как глоток шампанского для победителей: сидишь в катамаране, гребешь, любуешься природой.

Но все оказалось не так просто.

РВЕМ КАТАМАРАНЫ В КАМЕННОМ КАПКАНЕ

Мы дошли до леса, собрали катамараны - но до реки еще надо дойти через цепочку озер. И вот тут пришлось поработать - были этапы, которые нам приходилось проходить трижды: переносили рюкзаки, потом рамы от катамаранов, потом возвращались за гондолами. На «пешке» мы делали 25 км в день, здесь - всего 7-10. Вымотались неимоверно.

Но, наконец, последнее озеро, из которого вытекает река Олдонгсо. Сразу - крутой слив вниз, а там - нагромождение острых камней, похожее на звериный оскал (ребята прозвали реку Волчицей). У первого катамарана сразу ломает раму, второй лопается - дыра в полтора метра! И это - на входе. Нужно вытаскивать катамараны, разбирать, зашивать. Удобного места для работы выбирать не приходится, шьемся там, где порвались, дождь льет. Так дальше и пошло в этой волчьей пасти - чинились по два-три раза в день.

Олдонгсо отличалась от прежних наших рек тем, что не было привычной чередуемости порогов и глади, это был сплошной слив, мы как с горки катились. Река узкая, камни не обойти. Перед особо опасными порогами мы спрыгивали в воду, чтобы облегчить катамараны, но все равно - рвали.

В последний день сплава по Олдонгсо надо было пройти последний порог - самый крутой. Ребята занервничали, но прошли, хоть и не совсем чисто, но без потерь. А ровно через15 минут мое плавсредство получает пробоину ровно в половину катамарана. И у меня сдали нервы! Я сказала себе: ладно, будем полдня чинить, но - последнее шитье. Если будет следующая дыра, я собираю катамаран и иду по берегу. Пешком я еще могу идти, а плыть так - невыносимо!

Наш руководитель Михаил Непогодин понял мое настроение, подошел и сказал: «Ладно, я пойду на вашем катамаране». И мне стало спокойнее.

И из капкана Волчицы мы выскочили.

ГОЛОДНЫЕ ДНИ И ЧЕРНЫЕ МЫСЛИ

А до этого у нас кончились продукты. Я уже говорила, что еды мы брали на 10 дней, потом планировали два «голодных дня» - чай и соль, а остальное попытаемся добыть в реке и на берегу. На Олекме же нас должна была ожидать группа поддержки - четверо взрослых на катамаране, у них мотор, бензин, продукты. Но сроки наши полетели, и без продуктов мы остались раньше.

Слава богу, в Олдонгсо ловились хариусы, а на берегу можно было собрать ягоды и грибы, так что с голоду мы не умирали. Хуже стало, когда через два дня кончилась соль. Лично я поняла, что соль в тайге - это главное. Пресная уха всем приелась. Спасибо, наткнулись на зимовье, где был запас соли - отсыпали себе из мешка.

«Голодных дней» у нас получилось в итоге пять. Но вот мы вышли к Олекме, я было подумала, что все беды кончились - где-то рядом группа поддержки. На встречу с ней ушли двое взрослых. Вернулись к вечеру - на условленном месте никого нет. Я вначале просто не поверила: как нет, там же опытные взрослые туристы. Но когда посмотрела в глаза говорившему, поняла - это правда. Очень растерянные у него были глаза. И вопросы, что случилось с группой и что делать нам, встали передо мной со всей своей страшной остротой.

Попробуйте вдуматься в ситуацию. Что с группой поддержки? Они не дошли или проскочили? А вдруг у них ЧП?

А мы? Нам придется пройти 60 км вверх по берегу Олекмы до поселка Усть-Хани. С грузом и без еды.

Мысли были черные.

Утром мы вышли в путь. На второй день встретили на берегу рыбаков - мотор у них поломался. Они дали нам рис, гречку, печенье. Готовы были помочь добраться до поселка.

Непогодин принял такое решение: когда рыбаки починят мотор, он едет с ними в поселок, покупает бензин, возвращается, рыбаки перевозят нас (по частям - нас 16, а лодка небольшая), потом груз. Правда, рыбаки говорят, что бензин в поселке - дефицит и очень дорогой. И мы из экономии решаем идти пешком, оставив, правда, катамараны.

Рыбаки предупредили: впереди будет очень серьезная скала. Так оно и вышло.

Скала была такая, что пройти невозможно! Стали штурмовать перевал, чтобы обойти ее, сразу набрали высоту 360 метров. И вот перед нами огромная каменная глыба лежит на ребре, и путь один - по этому ребру. С рюкзаками. Всем было страшно. Но - прошли и свалились без сил на берегу ручья.

И тут - подарок. Петр Николаевич закидывает спиннинг и вытаскивает тайменя. Через 5 минут - второго.

Ура, живем!

ВСЕ ХОРОШО, ЧТО ХОРОШО КОНЧАЕТСЯ

На следующий день мы достигли речки Хани, но чтобы попасть в поселок, нужно переправиться через нее - а наши катамараны остались внизу. Вода холодная, как лед. Ставим лагерь - утро вечера мудреней.

Но вечером появился на моторке Непогодин - и не снизу, откуда мы пришли, а сверху. И вот что рассказал. Мотор они с рыбаками починить не смогли и пошли в поселок пешком, но не по берегу, как мы, а напрямую по тайге. В поселке Николай Николаевич Капралов, которого зовут «хозяином тайги», продал бензин и предоставил свою лодку. И вот нас переправили через Хани, а Непогодин с Капраловым ушли на лодке вниз - искать группу поддержки.

Все наши мысли - с ними, поскольку с нами все в порядке. Где группа? Что с ней? Было предложение обратиться в МЧС. Но это же крах экспедиции. Решили подождать.

И вот слышим гул мотора. Все выскочили на берег. Лодка, а в ней - Непогодин и группа поддержки. Счастью нашему не было предела - мы снова все вместе и все живы!

Выяснилось вот что: группа поддержки за один день пролетела 215 км вниз по Олекме, и место встречи с нами, естественно, проскочила. Увидели поселок, остановились и с удивлением узнали, что устье Олдонгсо - далеко вверху. И они пешком, таща свой катамаран, как бурлаки, пошли вверх. В общем, получилось у них 215 км сплава и столько же - «пешки». Встретились они с Непогодиным примерно там, где мы с рыбаками.

Вот такая у нас получилась экспедиция. Взрослые говорили, что даже у них подобного экстрима не было. Что же говорить о пятнадцати-семнадцатилетних ребятах, которые выдержали все. И, не знаю, как им, но любой поход после этого покажется мне пресным.

Юлия Корниенко

Источник: Молодой Дальневосточник