На третий, кажется, день фестиваля мы сильно удивились. После выступления подходит к нам девушка, выгодно отличающаяся внешностью от окружающих (худенькая, симпатичная, а главное - глаза живые), и говорит - здравствуйте, я хочу с вами познакомиться. То есть по-русски так и говорит. Оказывается, Ирина живет в Ньюкасле - вышла замуж за англичанина. Так вот, то, что я расскажу далее, - непроверенная информация с ее слов. За что купил, за то и продаю. Есть в Соединенном Королевстве такая контора - “Home office” назывется. И если туда приходит такой иностранец, вроде араба, русского или румына, и говорит:“Я прошу политического убежища”, английское правительство обязано рассмотреть заявление. При этом соискателю предоставляется комфортабельное жилье, талоны на бесплатное питание, проезд, медобслуживание и очень маленькя денежка. Разрешения на работу, правда, не дают, но это, по большому счету, никого не волнует. Да, и еще всех обязательно отправляют в колледж - учить английский. Срок рассмотрения заявления - год. После этого, как правило, следует отказ. Ничего страшного - можно подать апелляцию, и так до пяти раз. Потом, конечно, из страны все-таки попросят, и уже навсегда. Опять же ничего страшного - можно, например, во Францию податься. Нужно только минимально обосновать свое заявление - почему вам необходимо убежище. Впрочем, и это не обязательно - один чувак, будучи во Франции, пришел в подобную контору и заявил: “Меня похитили инопланетяне и высадили здесь, и поэтому я прошу политического убежища”. И ведь приняли заявление! Да, забыл сказать - “беженцу” обязательно выделяют адвоката, говорящего на его языке.
Мы же после фестиваля попали в не менее прикольную ситуацию, но по собственной глупости. Дело в том, что мы получили в Москве одноразовую шенгенскую визу - только на проезд туда. И когда мы сели в автобус к украинцам и доехали до Дувра, из Англии нас не выпустили. Пограничник был непреклонен: “У вас нет французской визы, поэтому вы не можете ехать во Францию”. Оставался единственный вариант - ехать в Лондон и попытаться получить какую-нибудь шенгенскую визу. По простоте душевной мы надеялись, что здесь это легче, чем в Москве. Ага, щас!
Начали мы с посольства Испании. Блин, стоило потратить полдня (очереди в посольствах в Лондоне не меньше, чем в Москве), чтобы в итоге услышать: “Вы не можете получить здесь ни испанскую, ни какую-либо другую визу. Визу выдают только по месту жительства. Получайте испанскую визу в Москве, и тогда можете ехать в Испанию.”
Тут уж нам стало не смешно. Как это так - мы хотим уехать из Англии, а нас не выпускают! Абсурд… Оставалась надежда только на русское консульство. В котором нас выслушали и спросили - мол, чем же вы в Москве думали? Мы ответили, чем. “Мы вам можем помочь только одним, - сказали нам, - написать рекомендательное письмо в какое-нибудь посольство. Во французское лучше не соваться - откажут точно. Лучше всего немецкое или шведское”. И вот с этой бумагой мы все-таки получили транзитную германскую визу. А поскольку мы не догадались сдать в багаж свои рюкзаки, передвигаться нам особенно не хотелось. Поэтому в Лондоне мы не увидели ничего, кроме Пикадилли, Сохо и Трафальгарской площади. Зато на Пикадилли наблюдали совершенно чудесную картинку: прямо в подземном переходе стоит диван, на нем спит довольно молодой парень, а рядом табличка: “Помогите, у меня нет дома”. И коробочка, куда сердобольные прохожие кидают монетки. Вообще бомжей по нашему образцу - грязных и вонючих - в Англии нет. Есть бездомные, “homeless”. Это в основном молодые ребята, которые либо не поладили с родителями, либо просто не хотят вписываться в общепринятую систему. Они получают от правительства пособие, есть специальные места, где они могут помыться, постираться, и так далее. Выходит даже специальный журнал для бездомных, и они - еще одна чисто английская деталь - продают его во всех городских центрах. Во всяком случае, я их видел везде, где мы были, - в Анике, в Лондоне, Оксфорде, Ковентри и Саутхэмптоне. А когда один из таких бездомных в Ковентри, Джонни, восхитившись моей игрой на флейте, дал мне два фунта, я понял, что с голоду умереть английским “аутсайдерам” не грозит точно.
