Место “стрелки” изменить нельзя

Хабаровск. ОБЭПом Центрального района раскрыто запутанное дело профессиональных квартирных кидал. И помог им в этом Глеб Жеглов

СУДЬБОНОСНОЕ СОБЫТИЕ

Когда в Центральный райотдел Хабаровска поступило заявление от некоего Петра Сюсюкина о том, что его самым непостижимым образом “кинули” на квартиру, оперативники выслушали его рассказ и покачали головами. Дело представлялось запутанным и бесперспективным. Но они без разговоров начали расследование.

Петр Сюсюкин трудился разнорабочим на какой-то стройке, подрабатывал на рынке грузчиком и жил у мамы. Имелась у него двухкомнатная квартирка в самом центре. И однажды он решил ее сдать.

Наемщик появился быстро - молодой, уверенный в себе парень. Он предложил 90 долларов, но с условием, что каждый месяц сам будет завозить деньги. Петя согласился.

Сдача квартиры совпала еще с одним судьбоносным событием в жизни Петра - в его бригаде появился новый парень Вова. Такой весь развеселый, контактный и главное - постоянно при деньгах. Сюсюкин пил мало, но на халяву мы все слабы - Вова стал каждый вечер накачивать Петю пивом, плавно переходящим в водку.

ДРУЗЬЯ И ВОДКА

Парни быстро закорефанились. Сюсюкин частенько брал нового друга ночевать с собой к маме. Мама не возражала.

В один прекрасный вечер Вова сделал предложение, от которого Петр не смог отказаться. Друган радостно сообщил, что есть работа - пять часов в день с выходными, а получать за это шесть тысяч рублей. Типа, рванули работать вместе. Петр не устоял. В оговоренный день он встретился с симпатичной женщиной, она представилась директором фирмы и попросила дать ей паспорт и трудовую, чтобы уладить все формальности. Петр дал.

Удачное событие корефаны решили отметить грандиозной пьянкой. Вова наволок откуда-то пойла, друзья долго гужбанили, но и после попойки осталось 12 мощных бутылок самогона-первача - их подкинул куда-то смывшийся Вова.

Петр Сюсюкин не мог знать, что прощальный подарок от Вовы заряжен конской дозой тазепама. Что квартира, которую он сдал, уже была пересдана, ограблена и готова к продаже. Что Вова во время последней ночевки уже похитил военный билет и документы на квартиру “друга”. Что готовый Петин двойник уже несколько дней учится расписываться и зубрит “легенду”.

ПРИШЛА БЕДА

Наутро (был выходной) Петя встал со страшенного бодуна и решил похмелиться. Самогон оказался какой-то странный - после нескольких глотков Сюсюкин вырубился. Он не отравился насмерть - крепкий организм выдержал. Потом хватило и силы воли вылить гадость в унитаз. Петр пару дней отлежался, а когда заявился на работу, Вовы там не обнаружил. Но не сильно этому удивился.

Удивился он, когда пошел в райвоенкомат восстановить военник (он думал, что потерял его). Ему сказали, что с учета он снят, причем вот по этому самому заявлению. Петю прошиб холодный пот, когда он смотрел документ - почерк и подпись были его. Он понял, что пришла беда, и бросился к родственникам.

Его сестра быстро установила, что брата отовсюду выписали, а его квартиру продали. Во всех инстанциях подтвердили - приходил Петя и своей рукой все подписал. То есть не Петя, конечно, а его двойник. Более того, квартиру на вполне законных основаниях купила некая хабаровская спортсменка.

ПРОМОКАШКА ВЫХОДИТ НА СЦЕНУ

Изначальной информации у оперативников было с гулькин нос. Сюсюкин не вспоминал, кому он сдал хату. Так, в общих чертах описывал парня, и все. Однако выяснилось, что этот Некто пересдал квартиру двум студенткам и наварил на этом 30 баксов. Более того, девочек этих бедных “вставили” на дубленку и золотишко, и они предпочли съехать с несчастливой квартиры.

Вычислили студенток быстро. Поначалу их подозревали в причастности к свершившимуся кидалову, но после беседы оперативники поняли - они не при делах. Девушки дали номер сотового телефона искомого парня. Телефон оказался зарегистрирован на мертвеца. Теперь нужно было искать сообщников. И в первую очередь двойника.

Второй номер всплыл при просмотре документов о продаже квартиры. Она продавалась через объявление в газете. И был там указан номерок жены известного хабаровского риэлтора Арефьва. Оперативники насторожились - Арефьев не раз попадал в поле их зрения, даже фигурировал в деле о “кидании” на квартиру ветерана войны, приехавшего из Волгограда в Хабаровск умирать на земле предков. Но всякий раз риэлтор выходил сухим из воды и обвинения ему не предъявлялись.

В распечатках звонков на оба телефона за два месяца фигурировало две с половиной сотни номеров. Их отрабатывали долго и нудно. Оперативникам приходилось переодеваться, разыгрывать целые спектакли, встречаться с сотнями людей. Во время поисков они натыкались не только на квартиры, но и на фирмы, магазины, склады и т. д. Один раз они перехлестнулись со службой внутренней безопасности одной компании. Те приняли милиционеров за шпионов конкурентов и чуть не начали встречную слежку.

Два месяца оперативники спали по пять часов в сутки и колесили по городу. Результат оказался нулевой - двойник нигде не засветился.

Когда стало казаться, что дело превращается в обычный “глухарь”, “висяк” и все такое, купившая квартиру спортсменка в обычном разговоре уронила - дескать, двойничок тот похож на бандита Промокашку из “Места встречи”.

ЗАСАДА НА КИДАЛ

Морду вымышленного уркагана Промокашки наложили на фоторобот, сравнили с фейсом настоящего Сюсюкина, подкорректировали - и запустили в разработку. И тут опергруппе наконец-то улыбнулось счастье - в одной многодетной семье сыскался двойник. Его фотку (сделанную скрытой камерой) показали потерпевшим, и они его опознали.

Двойник Саша Пашков и впрямь оказался вылитый Сюсюкин, а заодно и отдаленно - Промокашка. Он недавно откинулся с зоны, где мотал свой четвертый срок, и сейчас учился в ПТУ на водителя-пчеловода (есть, оказывается, и такая специальность). На допросе Саня орал, что знать ничего не знает ни про какие квартиры. Однако при обыске у него дома нашли записную книжку, а в ней - загадочный номер пейджера. Операцию разработали до мелочей. Вскоре неведомый абонент получил сообщение: “Дело срочное. Жду на “стрелке” там-то в десять вечера. Пашков”.

В засаде оперативники сидели до 22.30. Абонент опоздал на встречу. И когда милиционеры собрались уже было сниматься, он появился. Точнее, они - на белой тачке подъехал уже знакомый нам Вова, а с ним и третий, основной фигурант дела Миша Берг. Бывший профессиональный риэлтор, ныне - профессиональный кидала. Их скрутили, обраслетили, привезли в райотдел и развели по кабинетам.

ОНИ У МЕНЯ НА РУКАХ…

Под утро все трое сознались. Более того, в машине оперативники нашли готовый пакет документов еще на одну квартиру в Южном микрорайоне. Там ребятушки действовали немного по другой схеме, чем с хатой Пети Сюсюкина. Они под видом милиционеров поймали роющегося в помойке бичика, вызнали, где тот живет, и заявили, что берут над ним шефство. На следующий день они пришли на квартиру к бичу и отобрали у него паспорт. Потом вручили ему пять кило риса, сказали - гуманитарная помощь. За рис взяли расписку в получении. Просто им был нужен образец почерка и подписи. Они еще не успели продать эту квартиру, но были весьма недалеки от этого.

Сколько на самом деле совершили квартирных мошенничеств Берг и Вова - покрыто мраком. Доказаны только эти два эпизода. Я называю лишь их двоих, потому что Пашков, которого использовали в качестве двойника, был всего лишь одноразовой пешкой. Он получил за свои “услуги” всего 600 долларов. Сюсюкинскую хату продали по-быстрому за девять с лишком. Свою долю цивилизованный Миша Берг положил в банк. Зря он это сделал - теперь ему инкриминируют отмывание незаконных доходов. Не удалось найти белокурую девушку - ту, что взяла у Сюсюкина документы. Дело отправилось в суд с двумя неустановленными лицами. И наконец, остался не подшитым к делу звонок на берговский сотовый с телефона одного известного хабаровского адвоката, специализирующегося на защите крупных риэлторов. А звоночек-то интересный был:

- Ну как все прошло?
- Деньги только что получил. Они у меня на руках…

Макс Молотов

Фамилии изменены

Источник: Молодой Дальневосточник