Найди и смотри

На “чеченском” секторе хабаровского кладбища лежат одни мальчишки. Те, кого армия призвала на войну, а потом просто забыла

В каких он затерялся кладбищенских дебрях, этот, по порядку номеров - сорок шестой, сектор, немногие знают. От главного входа - пилить и пилить, петляя и путаясь в указателях. Если не в родительский день, когда спасает людской поток, захочешь его найти, не сразу обнаружишь. А когда притопаешь, поймешь, что за семь лет, как с первыми похоронками из Грозного отвели здесь землю для погибших, не изменилось толком на этом секторе ничего. Разве что стало еще запущеннее. Просто по зиме, когда лежит снег, сраму не видно: какой из памятников и как сильно просел или просто заваливаться начал, и буквы осыпавшиеся в глаза не так бросаются…

Ну а с наступлением тепла здесь по-прежнему безбожно топит - потому что низко очень. И земля, как на болоте, под ногами пружинит и мерзко чавкает. Отсыпать бы по-хорошему, заняться толком…

И бичевня все так же тут толпами шастает, синюшная и пропитая. А рядом - лесок. И свалка, которая цветет и пахнет. И мерзкого вида туалет, вечно стоящий нараспашку.

Достойная, нет слов, картина.

А ведь как хотели? Чтобы как у “афганцев” на секторе. По уму и сердцу, и никто не забыт. И памятник, общий на всех. Чтобы со временем появился здесь небольшой мемориал в честь павших в Чечне ребят: если не получилось уберечь их при жизни, то хоть перед их памятью оставаться честными. И чтобы организовать за этим местом нормальный присмотр, если хотите, шефство. Школ, воинских частей, откуда они призывались, округа - какая, в принципе, разница?

И что? Ни шефства, ни мемориала. И никаких моральных долгов - полная позоруха и стыд. Лежат пацаны, и мало кто в нашем городе знает, какие это замечательные были мужики.

Игоря Богатыренко похоронили здесь первым. Он успел провоевать в Чечне всего три недели, самые страшные недели первого штурма Грозного в декабре 1994-го. Тогда об этом было принято молчать, и жуткие кадры расстрела Майкопской бригады на печально знаменитой площади Минутка перед дворцом Дудаева транслировали на весь мир только западные телеканалы. В ту мясорубку угодил со своей разведротой и старший лейтенант Богатыренко. Они попали в засаду, приняли бой, силы оказались неравными. Смертельно раненного командира бойцы пытались донести на руках до полевого госпиталя, но не успели…

Володю Синцова в армию провожал восьмой хабаровский детдом. Туда же и похоронка пришла о том, что Володи не стало 2 февраля 1995-го. Их рота стояла под Грозным, замыкала от нападения боевиков федеральную автотрассу Ростов - Баку. Понадобились разведданные. Четверых и отправил на задание неопытный, но амбициозный командир, решив спросить у местных аксакалов короткую дорогу к нужной горной высоте. Те и подсказали. Из той вылазки живыми выбрались только сам лейтенант и приморчанин Коля Турчинский, вынесший на себе еще и табельное оружие. Он и рассказал, как погиб Володя и еще один наш земляк Андрей Нестеров, родом из Хурмулей. Его тело обнаружится только через полтора года после тех событий.

Женя Непрокин на флоте числился санинструктором, но на самом деле он был радиотелефонистом роты и правой рукой своего командира Андрея Буквецкого, погибшего в одном с ним бою. Именно авторитет Андрея повел за ним его ребят, когда поступил на флот приказ формировать морпехов для военных действий в Чечне. И никто не отказался. 14 мая 1995-го их перебросили в Шалинское ущелье, чтобы закрыть боевикам выход к главным их базам, сосредоточенным в районе горного Ведено. Не зная толком местности, без данных разведки, их тупо бросили выполнять приказ. Им дали втянуться в горы, чтобы потом отрезать и вывести на заминированную тропу, начался бой с психологической обработкой: предложением сдаваться и самоубийством одного обкуренного боевика в качестве демонстрации решимости дудаевцев идти до конца.

Женя вынес из окружения нескольких раненых ребят, возвращаясь за следующей партией, подорвался сам.

Сергей Попов, Коля Абрам, Игорь Новичихин, Николай Абрамов… И рядом с ними - ушедшие уже после Чечни Илья Никитин и Женя Курганов. Свою короткую биографию каждый из них сделал честно. И несправедливо этого не понимать.

Летом в Хабаровске принимали нового министра внутренних дел Грызлова. Отдать дань павшим он выразил желание сам и побывал на “афганском” секторе, у свежих могил наших собровцев, погибших в Чечне. А потом распорядился средства выделить на памятник и благоустройство.

Узнав об этом, родители погибших в Чечне армейцев грустно заметили: видимо, нам стоит ждать другого визита. Министра обороны Иванова. И встретить его с протянутой рукой.

Ирина Полникова

Источник: Молодой Дальневосточник